Прерафаэлизм

Стиль в живописи
Авторы стиля
Стиль в странах
Стиль в шедеврах

В 1848 г. на очередной выставке Королевской академии искусств в Лондоне произошло знакомство художников Холмана Ханта и Данте Габриэля Россетти, и именно с этого началась история прерафаэлизма ― художественного направления, которому предстояло занять особое место в английской культуре.

Два выходца академии, обменявшись своими мнениями о состоянии современной им английской живописи и единогласно признав его неутешительным, приняли решение бороться с банальностью и консерватизмом изжившего себя академического классицизма и создать такое искусство, которое могло бы стать глотком свежего воздуха, привнести жизнь и одухотворенность в омертвевшую художественную среду. Так зародилось секретное сообщество творцов-бунтарей, в которое, помимо Ханта и Россетти, вошли также и несколько их единомышленников: младший брат Данте Габриэля ― Майкл Россетти, Джон Эверетт Милле, Джеймс Коллинсон, Томас Вулнер и Фредерик Стивенс. Эти семеро и стали основателями объединения ― Братства прерафаэлитов, провозгласившего своей главной целью не что иное, как возрождение красоты. Желание назвать свой союз братством шло от попыток избежать бюрократического и формального характера взаимодействия между художниками, принятого в академической среде, и обозначить духовное родство всех его членов. Все их первые картины были отмечены аббревиатурой PRB, что расшифровывается как Pre-Raphaelite Brotherhood ― Прерафаэлитское братство. Самоназвание прерафаэлиты указывало на эстетические ориентиры сообщества: в то время как в Академии прославлялись достижения итальянского Высокого Возрождения и всячески поощрялось следование его канонам, прерафаэлиты нашли вдохновение в творчестве художников предыдущих периодов ― так называемых примитивов, мастеров, работавших во времена Проторенессанса и Раннего Возрождения. Члены братства ценили в искусстве этой эпохи его прямоту и непосредственную искренность, которая достигалась благодаря использованию ярких и чистых оттенков цвета и особых пространственных решений.

 
Данте Габриэль Россетти
Благовещение: Ecce ancilla Domini
1850
 

Прерафаэлиты, используя чистые краски, будто увиденные при ярком солнечном свете, избавили свою палитру от бесконечных градаций плавно перетекающих из одного в другой оттенков и от темных тонов, которые переполняли академическую живопись тех лет из-за многочисленных слоев лессировки и лака. Кроме того, у искусства до Рафаэля, художники позаимствовали заметно отличающийся от принятого в Академии способ работы с пространством, в рамках которого отвергали необходимость создания световоздушной среды в живописи, а все изображенные элементы в образном строе картины показывали одинаково значимыми. Все это делало произведения прерафаэлитов на удивление яркими, звучными и на редкость декоративными. В то же время, изображая человеческие фигуры и лица, прерафаэлиты склонялись не к условности, а напротив, иногда даже к повышенному натурализму, что, в сочетании с упомянутыми выше качествами, рождало неповторимый образ прерафаэлитской живописи.

Члены братства не были первыми в Европе художниками, обратившимися к искусству итальянских примитивов. В первой половине XIX в. аналогичные устремления ― желание коренным образом изменить современную живопись, опираясь на итальянское искусство XV в. и ранее ― были у группы австрийских и немецких художников, которые называли себя Союзом святого Луки (позже за ними закрепился термин назарейцы). Следование идеалам прошлого и обращение к религиозным сюжетам у назарейцев было намного более последовательным, чем у прерафаэлитов, что в итоге лишало их изрядной доли самобытности, которой было не занимать англичанам. Возникновение друг за другом столь близких по духу художественных объединений в разных странах свидетельствует о том, насколько противоакадемические тенденции соответствовали духу времени ― эпохе господства идей романтизма.

Данте Габриэль Россетти
Dantis Amor. Любовь Данте
1859
Подобно эпохе великого итальянского Возрождения, в XV веке, здесь и вправду как бы сызнова рождается человеческий дух, 

и в нем, как и тогда, просыпается жажда более нарядной, более изысканной жизни, страсть к физической красоте, 

всепоглощающее внимание к форме, он (прерафаэлизм) начинает искать новых сюжетов для поэзии, новых форм для искусства, 

новых услад для ума и воображения.

Оскар Уайльд "Ренессанс английского искусства"
 
Джон Уильям Уотерхаус
Срывай розы, пока можешь
1908
 

Романтическая мысль о существовании универсальной идеи Красоты, нуждающейся в выявлении посредством искусства, приводила прерафаэлитов к самым разным источникам, откуда они черпали вдохновение, где искали темы для своих произведений. Библейские сюжеты, зачастую весьма вольно трактуемые, были далеко не единственной основой их живописи. Очень часто художники братства обращались к различной литературе, причем не классической, выискивали редкие идеи, способные, по их мнению, стать отражением национального духа. Интерес к истокам собственной страны приводил их к средневековым английским легендам, особую значимость в творчестве прерафаэлитов приобрел цикл «Смерть короля Артура» Томаса Мэлори ― английского писателя XV столетия. Нередко художники обращались к пьесам Уильяма Шекспира, а также к творчеству Данте и Бокаччо.

Стремление к правде и простоте сочеталось в творчестве прерафаэлитов с исключительно романтическим неприятием реальности, что приводило их к созданию на своих полотнах фантазийных, сказочных миров. В картинах участников братства, за редкими исключениями, не найти сцен из обыденной реальности и близких им по времени исторических сюжетов. Красоту, по мнению художников, нельзя было отыскать на поверхности повседневной жизни, ― она таится в прошлом или же в глубинах человеческого воображения.

Джон Эверетт Миллес
Офелия
1851-1852

Немалую роль в мистическом культе красоты сыграли для прерафаэлитов женские образы. Благодаря загадочно меланхоличным музам художников, среди которых самыми известными были Элизабет Сиддал и Джейн Моррис, искусство прерафаэлитов породило совершенно новый идеал красоты, кардинальным образом отличающийся от салонной и академической вылощенности. Уподобленные героиням средневековых баллад, женщины представали на полотнах прерафаэлитов всегда одинаково таинственными, задумчивыми, недоступными, отрешенными от всего мирского. Подобные образы идеально вписывались в частые у прерафаэлитов сюжеты трагической любви, наполненные драмой безответности и тщетности чувств или же внезапным столкновением со смертью возлюбленной. Моделями для членов братства становились женщины из самых разных социальных кругов, и, в отличие от академических художников, прерафаэлиты никогда не следили за соответствием реального социального статуса изображаемой образу на картине.

Одними из первых в Европе прерафаэлиты утвердили необходимость для художника писать с натуры, и это убеждение значительно повлияло как на образ человека на их полотнах, так и, в частности, на пейзаж. Художники братства уделяли большое внимание изображению английской природы и, вне зависимости от погодных условий, проводили долгие часы на пленэре, выписывая малейшие детали того или иного вида со всей тщательностью. Сложность создания прерафаэлитского пейзажа была обусловлена общим стремлением художников к высокой детализации даже малейших и, казалось бы, незначительных элементов

 
Данте Габриэль Россетти
Дневные мечты
1877
 
Назвать искусство прерафаэлитов действительно религиозным (как того хотелось Джону Рёскину)

нельзя, скорее его нужно определить словом мистицизм.... 

Д. Яковлев
Джон Уильям Уотерхаус
Леди Шалотт
Около 1878

Будучи совершенно новым явлением для английской художественной сцены, прерафаэлитизм, разумеется, получил свою порцию критики со стороны академического сообщества. Художников обвиняли в эпигонстве ― бессмысленном копировании стиля мастеров прошлого, причем, по мнению приверженцев Академии, далеко не самых талантливых. Особого порицания заслужили произведения прерафаэлитов на религиозные сюжеты: за излишний натурализм в изображении библейских сцен или свободную, неканоническую трактовку того или иного священного события их обвиняли в богохульстве. На защиту братства встал известный и влиятельный художественный критик тех лет ― Джон Рёскин, чья теория о том, каким должно быть искусство, отчасти совпадала с идеями прерафаэлитов. Рёскин также превозносил творчество средневековых и ранневозрожденческих мастеров, восхищаясь их искренностью. В 1851 г. он написал статью Прерафаэлитизм. Поддержка Рёскина постепенно привела к тому, что прерафаэлиты получили признание и даже вошли в моду, их картины пользовались большой популярностью на Всемирной выставке 1855 г. в Париже. Как бы то ни было, первоначальный романтический запал художников-бунтарей начал слабеть, а когда Джон Эверетт Миллес стал членом академии художеств, Россетти объявил это событие концом существования братства.

 
Артур Хьюз
Апрельская любовь
1856
 

Новый этап в прерафаэлитском движении наступил в 1856 г., когда художники Эдвард Бёрн-Джонс и Уильям Моррис заинтересовались творчеством Россетти и напросились к нему в ученики. «Вторая волна» в развитии прерафаэлитизма повлекла за собой выход его эстетических идеалов за пределы живописи. Основной сферой, в которой развивались идеи прерафаэлитов, стало декоративно-прикладное искусство, а новым лидером, подарившим движению второе дыхание, ― Уильям Моррис. В 1887 г. под его началом открылось предприятие «Общество выставок искусств и ремесел» (позднее ― просто Искусства и ремесла).

Моррис был убежден в особой роли декоративно-прикладного искусства. Он видел глубочайшую несправедливость в признании его чем-то незначительным, дополнительным и противоположным по отношению к «высокому искусству» ― живописи, скульптуре, архитектуре. Искусство, по мнению Морриса, не должно существовать само по себе и лишь ради себя самого, его истинный смысл заключается в привнесении красоты и гармонии непосредственно в жизнь людей, именно поэтому особую роль играют предметы быта, которыми человек окружен и с которыми постоянно имеет дело в повседневности. Мечтой художника было возрождение ремесленных гильдий Средневековья, устройством которых он бесконечно восхищался. Нескрываемая рукотворность и простота всегда привлекали художника. Он сам активно занимался различными ремеслами, которые лежали в основе его идей, часто самостоятельно воплощал собственные дизайнерские проекты в жизнь, подтверждая неподдельность своих убеждений. Моррис одновременно думал и о потребителе, и о производителе, считая, что приносить людям удовольствие от использования повседневных вещей — это один великий долг декоративно-прикладного искусства, а приносить им удовольствие от создания тех же вещей — второй, и не менее важный.

Уильям Моррис
Обои «Цветы полевые»
1876
Движение прерафаэлитов захватило не только художников, но и писателей. Оно было поэтическим, 

социальным и философским бунтом, хотя его первое появление было чисто визуальным -  

бурным взрывом чисто средневекового цвета, который трансформировал мир искусства,  

задыхающийся под толстым слоем бурого королевского академического лака. 


Одри Уильямсон (английский ученый)
 
Эдвард Коли Берн-Джонс
Колесо Фортуны
1875-1883
 

Викторианский дизайн казался Моррису упадочным и чересчур высокопарным. Его целью была лишь демонстрация состоятельности покупателя, при этом вещь часто не соответствовала тому материалу, из которого была создана. Согласно прерафаэлитской эстетике, конструкция и материал изделия должны не скрываться, а наоборот — демонстрироваться. В каждом своем изделии Уильям Моррис стремился подчеркнуть качества материала, лежащего в основе, стремился «сделать шерстяные вещи настолько шерстяными, насколько возможно, хлопковые ― хлопковыми и т. д». В 1861 г. он основал предприятие «Моррис и Ко», которое занималось дизайном и декорацией интерьеров, производило предметы мебели, изразцовую плитку, витражи, обивочные ткани, ковры, металлическую фурнитуру, обои. Все это создавалось на основе безупречного стиля, совмещенного с функциональной чистотой. Лаконичная строгость интерьеров разбавлялась несколькими базовыми яркими акцентами ― камином, обоями, столом с несколькими стульями. Одним из самых выразительных примеров прерафаэлитского дизайна, где во всей полноте проявляется характерное сближение средневекового искусства и современности, стал особняк самого Морриса, над интерьерами которого, кроме него, работали Бёрн-Джонс, Россетти, Элизабет Сиддал и Джейн Моррис.

Срок жизни прерафаэлитизма, как и многих других течений второй половины-конца XIX в., был сравнительно недолог. Тем не менее, это движение дало возможность развитию прочих анти-академических направлений в искусстве, которыми богат рубеж XIX–XX вв., повлияло на многих художников в Англии и за ее пределами. Искусство прерафаэлитов вдохновляло своих последователей уникальным сплавом романтического взгляда на мир, реализма и натурализма. Заявленная прерафаэлитами проблема всеобщей Красоты и постоянного эстетического поиска перерождалась, становясь все острее для дальнейших поколений художников. Творчество прерафаэлитов отразилось в последующих поисках нового прочтения для графики, книжной иллюстрации, дизайна, нашло свою нишу в становлении авангарда и обновления реалистической живописи.

Оксана Киташова

Эдвард Коли Берн-Джонс
Буфет «Дамы с животными»
1860
Показать еще
Живопись Графика Архитектура Скульптура Декоративно-прикладное искусство Театрально-декорационное искусство Книжная миниатюра